|
Мы привычно считаем свадебное платье обязательно белым. И даже объяснение этому придумали: надевая белое платье, невеста надеется на светлое будущее с любимым. А между тем в ХVI-ХVII веках надеть белое подвенечное платье могла только «невеста Христова», т. е. девушка, уходившая в монастырь, чтобы посвятить себя Богу. Или очень смелая девушка, или... сумасшедшая. Обычно же невесты шли под венец в платьях голубого или розового цвета. Темные тона также считались непригодными. Только на юге Франции невеста, если боялась докучливости свекрови, могла сшить подвенечный наряд фиолетового цвета, а если хотела, чтобы муж до конца дней сходил с ума от страсти к ней, то надевала бордовое платье. А ирландские невесты шли под венец только в зеленом наряде и чепце с зелеными лентами, ибо в этой стране самым счастливым считался зеленый цвет. Правда, если вспомнить, что по древним верованиям белый цвет олицетворял непорочность, а девичья непорочность была главной «ценностью» невесты, невольно задумаешься: отчего же тогда столько веков подвенечные платья выдерживались в красно-оранжевых тонах? Так ли уж сильны были отголоски языческого культа солнца? Ведь это уже вторая половина тысячелетия, позади дохристианские верования и костры инквизиции (тоже, кстати, в красно-оранжевой гамме). И, тем не менее, довольно долго подвенечные наряды полыхали солнечно-огненными тонами. Первой в Европе рискнула пойти под венец в белом платье Маргарита Валуа — королева Марго. И вскоре все невесты континента оделись в белое. Но только в том случае, если шли замуж впервые. При втором браке женщина (ни разведенная, ни вдова) не имела права на белое одеяние. Мода эта держалась более двух столетий. Но к концу второго тысячелетия свадебные горизонты снова заалели. Сперва очень робко кое-где стали появляться невесты в нежно-розовом, и на них смотрели еще с удивлением. Но мода неумолима. Вспомнив оранжевые покрывала невест Древнего Рима и Россию конца XIX столетия, когда народный свадебный костюм переливался всеми оттенками красного, она вернулась к цвету, название которого означает — красивый (вспомним русских красных девиц). А. Толстой в романе «Петр I» описывает, как одевали под венец невесту Петра Евдокию: «...Под их песни боярыни и подружки накладывали на невесту легкую сорочку и чулки, красного шелка длинную рубаху с жемчужными запястьями, китайского шелка летник... Поверх летника — широкий опашень клюквенного сукна со ста двадцатью финифтяными пуговицами...». А в 80-х годах только что минувшего столетия Польша предложила миру ситцевые платья в мелкий цветочек самых разных оттенков и изысканных фасонов. Европа удивилась, но... приняла. Однако задержались они недолго, и ушли вместе с веком. И все вернулось на «круги своя», и большинство невест планеты идут под венец в белом. За исключением восточных красавиц. Ведь там белый цвет считается траурным, цветом скорби. Поэтому молодые никогда не надевают на свадьбу ничего белого. Их костюмы всегда выдержаны в желто-золотистой или красной гамме, как в Индии и Китае; юные японки надевают голубые, синие или темно-синие кимоно, мечтая о том, чтобы выбранный ими цвет совпал с цветом плаща жениха. Такое совпадение сулило благополучный брак. А так как видеть кимоно невесты до свадьбы не полагалось, родные жениха иногда подкупали будущих родственников, чтобы выведать цвет подвенечного кимоно. Сегодня важно, чтобы совпали цвета пояса невесты и шарфа, которым подпоясывается жених. А в Европе теперь не редкость наряды, окрашенные «алым светом зари» и золотисто-оранжевым отблеском солнечных лучей или нежным цветом первой весенней зелени. Появляются и платья в стиле батик, с легкими переходами от белого к нежно-голубым и нежно-розовым оттенкам, благодаря чему свадьба стала событием ярким не только фигурально, но и буквально, фактически.
|
